Власти Таджикистана заявляют, что за последние десять лет денежные доходы населения страны выросли в шесть раз. Означает ли это реальное улучшение уровня жизни большинства граждан или речь идёт лишь о росте цифр в статистических отчётах?

Руководство Таджикистана утверждает, что совокупные денежные доходы населения увеличились с 26 млрд сомони в 2015 году до 165 млрд сомони в 2025 году, то есть в 6 раз.

По официальным данным, за этот же период уровень бедности в стране снизился с 32% до 19%.

Также подчеркивается, что реализация Национальной стратегии развития до 2030 года должна в ближайшие пять лет снизить уровень бедности до 10% и увеличить долю среднего класса до 50%.

Чтобы понять, насколько рост доходов действительно повлиял на благосостояние граждан, важно разобраться, из каких источников формируются денежные доходы населения и как они менялись за последние десять лет.

 

Из чего складываются денежные доходы населения

Если объяснять максимально просто, доходы населения — это все деньги, которые люди получают в течение года. Основные источники таких доходов хорошо известны:

- заработная плата;

- пенсии и социальные пособия;

- доходы от предпринимательской деятельности;

- денежные переводы из-за рубежа;

- другие выплаты и поступления.

Мы проанализировали главные источники денежных доходов жителей Таджикистана, по которым доступны официальные и международные данные, и сравнили, как они изменились за последние десять лет.

Так, среднемесячная номинальная заработная плата в стране в ноябре 2025 года составила 3136 сомони, тогда как в ноябре 2015 года она была 921 сомони — рост в 3,4 раза. 

Минимальная зарплата за этот период выросла с 400 до 1000 сомони (в 2,5 раза).

Средний размер пенсий в конце 2025 года составил 512 сомони, тогда как в 2015 году он был 230 сомони — рост примерно в 2,2 раза. 

Размер пособий для малообеспеченных семей увеличился с 400 сомони в год в 2015 году до 825 сомони в 2025 году — чуть более чем в два раза.

При этом самым крупным источником денежных доходов для многих жителей страны остаются денежные переводы трудовых мигрантов, о которых официальные власти предпочитают не говорить. По данным Всемирного банка, в 2024 году объем этих переводов в Таджикистан составил $5,8 млрд, тогда как в 2015 году — около $3 млрд (рост в 1,9 раза). Данные за 2025 год пока не опубликованы.

Чтобы почувствовать объем денежных переводов мигрантов, достаточно сказать, что совокупные расходы госбюджета Таджикистана в 2024 году составили 45,5 млрд сомони. Это, по среднегодовому курсу 2024 года, равняется $4,2 млрд. То есть, приток денежных переводов физлиц в 2024 году превысил общий объем расходов госбюджета республики почти на треть.   

Нужно отметить, что существуют также другие источники доходов населения, однако они либо занимают незначительную долю, либо по ним нет регулярной и открытой статистики. 

Поэтому в этом материале мы приводим данные по основным источникам, информация о которых была доступна и позволяет оценить общую картину изменения доходов населения.

 

Номинальный рост — это далеко не реальный 

Важно понимать, что все приведенные выше показатели — номинальные.
Проще говоря, это рост доходов в текущих ценах, без учета того, насколько за это время подорожали товары и услуги.

То есть, номинальный доход отвечает на вопрос о том, сколько денег человек получает в сомони, а реальный доход отвечает на другой, куда более важный вопрос - сколько товаров и услуг на эти деньги можно купить?

Если зарплата выросла, но цены выросли почти так же, то формально человек стал богаче, а по факту — нет.

 

Дифференциация зарплат

Однако сами по себе средние показатели дают лишь общее представление о динамике доходов и не отвечают на ключевой вопрос — кто именно почувствовал этот рост.

Чтобы понять, как изменения доходов отразились на жизни людей, важно посмотреть, насколько неравномерно распределяются заработки между различными секторами экономики и регионами страны.

Даже если исходить из официальных данных о росте номинальных доходов, важно учитывать, что этот рост был крайне неравномерным и по-разному отразился на различных группах населения. Средние показатели скрывают значительную дифференциацию — как по отраслям экономики, так и по регионам страны.

По данным статистического ведомства Таджикистана, среднемесячная номинальная заработная плата в ноябре 2025 года составила 3136 сомони. Однако этот «средний» показатель во многом условен.

Так, в традиционных секторах экономики, где занята значительная часть населения, уровень оплаты труда остается существенно ниже среднего (указано в сомони):  

Фактически это означает, что работники сельского хозяйства получают более чем в два раза меньше, чем средняя зарплата по стране, а в социальной сфере доходы лишь приблизительно дотягивают до среднего уровня.

В то же время в отдельных секторах экономики зарплаты заметно выше (указано в сомони):

Разрыв между низкооплачиваемыми и высокооплачиваемыми секторами достигает 5–6 раз, что говорит о глубокой социальной дифференциации и концентрации роста доходов в ограниченном числе отраслей.

Не менее выраженной остается и региональная дифференциация. В январе–ноябре 2025 года среднемесячная номинальная зарплата составляла: 

Таким образом, разница между столицей и наиболее низкооплачиваемыми регионами превышает 1,5 раза. Для жителей регионов это означает более ограниченные возможности компенсировать рост цен и ослабление национальной валюты за счет собственных доходов.

В итоге рост заработных плат в стране в первую очередь ощутили работники отдельных, сравнительно узких секторов экономики и жители столицы. Для значительной же части населения — особенно занятого в сельском хозяйстве, социальной сфере и регионах — рост доходов в основном сводился к частичной компенсации инфляции, а не к заметному улучшению уровня жизни.

Именно поэтому рост средних доходов по стране не всегда совпадает с субъективным ощущением благосостояния большинства граждан и неравномерно отражается на разных социальных группах.

 

Рост за счет внешних источников

Отдельно стоит остановиться на факторе, который во многом определяет уровень доходов в Таджикистане, но при этом не отражается в официальных заявлениях о росте благосостояния — денежных переводах трудовых мигрантов.

Для значительной части домохозяйств именно переводы из-за рубежа остаются ключевым источником дохода, зачастую превышающим заработки внутри страны.

Как уже отмечали, согласно данным Всемирного банка, в 2024 году объём денежных переводов в Таджикистан достиг $5,8 млрд, что почти в два раза больше, чем в 2015 году. Это делает страну одной из наиболее зависимых от внешних поступлений в мире.

Масштаб этого источника доходов особенно заметен при сравнении с внутренними финансовыми показателями. Объем денежных переводов сопоставим, а в отдельные годы и превышает расходы государственного бюджета. Фактически значительная часть потребления внутри страны обеспечивается не за счет роста внутренней экономики и производительности труда, а за счет заработков граждан за пределами Таджикистана.

При этом переводы распределяются крайне неравномерно. Их получают далеко не все домохозяйства, а в основном семьи, члены которых работают за границей. Для этих семей рост доходов может быть действительно ощутимым и позволять легче компенсировать инфляцию, девальвацию сомони и рост цен.

В то же время домохозяйства, не получающие переводов, остаются в значительно более уязвимом положении и вынуждены полагаться исключительно на доходы внутри страны, которые, как было показано выше, растут неравномерно и часто отстают от роста цен.

Таким образом, денежные переводы искажают средние показатели доходов: они повышают совокупные цифры и создают впечатление быстрого роста благосостояния, тогда как значительная часть населения либо не ощущает этого роста, либо ощущает его в гораздо меньшей степени.

Кроме того, переводы — это внешний и нестабильный источник доходов, напрямую зависящий от экономической ситуации и миграционной политики других стран. Любые внешние шоки могут быстро отразиться на уровне доходов домохозяйств внутри страны, что делает такую модель роста уязвимой в долгосрочной перспективе.

В результате получается парадоксальная ситуация: номинальные доходы населения растут, но значительная часть этого роста обеспечивается не внутренним развитием экономики, а внешними факторами, доступными далеко не всем гражданам.

 

Эффект инфляции 

За последние десять лет Таджикистан сталкивался с разными уровнями инфляции — от рекордно низкого 3,5% до 9,0%. По официальным данным, уровень роста потребительских цен в 2015-2025 годы был следующим: 

Самыми тяжелыми стали 2019–2021 годы, когда инфляция стабильно превышала 8–9% в год.

В совокупности за 2015–2025 годы потребительские цены в стране выросли примерно в 1,8–2 раза.

Это означает, что товары и услуги, которые в 2015 году стоили 100 сомони, к 2025 году в среднем обходятся уже в 180–200 сомони.

Таким образом, если средняя зарплата выросла в 3,4 раза, пенсии — в 2,2 раза, пособия — примерно в 2 раза, а цены за тот же период выросли почти вдвое, то реальный рост благосостояния оказывается гораздо скромнее, чем выглядит на бумаге.

Фактически получается, что значительная часть роста доходов «съедена» инфляцией: для пенсионеров и получателей пособий рост доходов лишь немного опережал рост цен, а иногда и вовсе едва его компенсировал. Даже рост зарплат в реальном выражении оказывается в разы меньше заявленных «крат».

Именно поэтому номинальный рост денежных доходов сам по себе не дает ответа на главный вопрос - стало ли большинству граждан Таджикистана жить заметно легче.

 

Девальвация сомони и зависимость от импорта

Даже с учетом инфляции рост доходов в национальной валюте не дает полной картины реального благосостояния населения. Для Таджикистана принципиально важно учитывать еще один фактор — курс сомони к доллару США.

По данным Национального банка Таджикистана, на 1 января 2015 года курс составлял 5,3 сомони (за $1), а на 31 декабря 2025 года — 9,25 сомони.

Таким образом, за эти годы национальная валюта ослабла примерно в 1,7 раза. Это означает, что покупательная способность доходов в сомони снижалась не только из-за роста внутренних цен, но и из-за удешевления самой валюты.

Для страны с высокой зависимостью от импорта это имеет принципиальное значение. По итогам 2025 года импорт Таджикистана превысил экспорт более чем в 3,3 раза: объем импорта составил $8,3 млрд, тогда как экспорт — лишь $2,5 млрд. 

Такой разрыв означает, что значительная часть товаров, потребляемых внутри страны, закупается за валюту и напрямую зависит от ее курса.

В этих условиях девальвация сомони неизбежно отражается на стоимости следующих импортируемых товаров:

- продуктов питания и товаров повседневного спроса,

- топлива и энергоносителей,

- лекарств и медицинских изделий,

- бытовой техники, стройматериалов и прочее.

Даже при росте номинальных доходов значительная их часть фактически направляется не на повышение уровня жизни, а на компенсацию удорожания импортной составляющей потребления.

При этом инфляция и ослабление курса — не единственные факторы, влияющие на реальные денежные доходы населения. Свою роль играют и другие обстоятельства — структура занятости, неравномерное распределение доходов, демографическая нагрузка на семьи и зависимость от внешних источников заработка, которые не всегда отражаются в средних статистических показателях.

Именно поэтому при оценке благосостояния важно смотреть не только на номинальный рост доходов, но и на реальную покупательную способность денег и устойчивость экономического положения домохозяйств.

 

Почему рост доходов не всегда означает улучшение качества жизни

Таким образом, шестикратный рост денежных доходов населения в номинальном выражении сам по себе не дает однозначного ответа на вопрос о реальном улучшении уровня жизни в Таджикистане. Тем более, после анализа главных источников денежных доходов появились сомнения относительно роста в 6 раз. 

Во-первых, рост доходов был неравномерным — как по секторам экономики, так и по регионам страны. Значительная часть населения продолжает работать в низкооплачиваемых отраслях, где увеличение доходов лишь частично компенсировало рост цен.

Во-вторых, существенную роль в формировании «средних» показателей играют денежные переводы из-за рубежа, которые доступны далеко не всем и зависят от внешних факторов, не связанных с развитием внутренней экономики.

В-третьих, рост цен и ослабление сомони заметно снизили покупательную способность доходов, особенно в отношении товаров и услуг с высокой импортной составляющей.

В результате получается ситуация, при которой номинальные доходы населения растут, но качество жизни повышается гораздо медленнее, а для части граждан — не повышается вовсе. Именно поэтому при оценке социально-экономических успехов важно смотреть не только на общие цифры, но и на то, как эти изменения ощущаются в повседневной жизни людей.

Этой зимой читайте нас в Telegram, Facebook, Instagram, OK и ВК