Прошло два месяца с последнего вооруженного конфликта, вспыхнувшего в приграничных районах Таджикистана и Кыргызстана. Сентябрьское столкновение оказалось самым кровавым и жестоким за всю историю приграничных споров: десятки смертей, сломленных судеб и разрушенных до основания домов. 

Таджикские власти пообещали восстановить дома до 1 ноября. Мы съездили в конфликтные районы, чтобы посмотреть, как сегодня живут люди, оставшиеся без крыши над головой.

Сегодня в пострадавших приграничных районах во всю кипят строительные работы. И хотя к началу ноября закончить работу не удалось, жители все же надеются, что в ближайшие недели они начнут обустраиваться в своих новых жилищах. 

Село Сомониён

Средства для приобретения строительных материалов выделило государство, но в самих строительных работах задействованы добровольческие бригады. На беду земляков откликнулись жители соседних сел – строительство домов ведется методом «хашара». 

 

Жизнь заново

С каждым новым конфликтом на село Сомониён джамоата Чоркух приходится все больше разрушений. По словам руководства джамоата, в этот раз своих домов лишились 46 семей.

Были разрушены до основания 34 дома, а все имущество жителей сгорело дотла. Ущерб, нанесенный в результате конфликта, оценен приблизительно в 4,5 млн сомони.

Комилджон Муминов – старожил села, живет тут более 30 лет. Всю свою жизнь он потратил, чтобы построить большой дом для своей семьи. В прошлогоднем конфликте его дом пострадал частично, в нынешнем же - остались лишь обломки. 

Новый дом Комилджона Муминова

«В момент конфликта в доме находилась лишь моя дочь. К счастью, муж успел увезти ее, когда начали кидать снаряды. Я с супругой находился на лечении в России, сыновья тоже были в трудовой миграции. Про очередной конфликт я узнал из Интернета и уже на утро следующего дня купил билет и прилетел домой. Сыновьям не разрешил возвращаться. 

А зачем? Сейчас столько расходов у нас, нужны немалые деньги, ведь у нас ничего не осталось», - рассказывает Комилджон.

Строительные работы в доме Комилджона пока продолжаются. По проекту власти должны построить ему два дома, один почти готов. Все остальные придомовые пристройки, которые также были разрушены, вероятнее всего, мужчине придется заново строить самому. 

Аброриддина Розикова мы застали помогающим в закладке крыши его дома. На месте его прежнего двухэтажного строится одноэтажный, согласно проекту. 

«Помимо дома сгорел и мой источник заработка – зерноуборочный комбайн и машина, за которые власти также обещали возместить ущерб. Но сейчас об этом молчат, и я не знаю, чем мне зарабатывать в будущем и кормить семью, - говорит мужчина. – У меня только долгов уже на 6 тысяч сомони». 

Аброриддин Розиков

 

Нет уверенности в завтрашнем дне 

Новый дом Урмонбоя Сафарова практически готов, остались лишь небольшие отделочные работы. Фасад дома украшен свежевыкрашенным орнаментом, видимо так захотели сами хозяева.

До вооруженного конфликта в большом доме Сафаровых проживали сразу три семьи – родители и сыновья со своими семьями. Все они занимались сельским хозяйством и жили за счет продажи урожая.

Новый дом семьи Сафаровых

Сгоревшее при поджоге имущество и годами собранные запасы овощей и фруктов никто уже не вернет, поэтому семья вынуждена будет заново вставать на ноги.

«Зима близко, людям быстрее нужно въезжать в свои дома, - говорит бригадир, житель соседнего села. – Поэтому мы спешим - надо скорее завершить строительные работы. Поскольку конфликты в селе Сомониён случаются не первый год, этот процесс у нас уже налажен. Мы собираем строительные бригады из соседних селений, распределяем работу, таким образом, строительство ведется сразу в нескольких домах».

Дома пострадавших жителей строятся методом «хашара»

Урманбой Сафаров живет в селе 33 года, здесь родились его сыновья, внуки. Уезжать ему некуда, да и не хочет он покидать родное село. 

«Не знаем, что будет завтра, нет уверенности в завтрашнем дне. Каждую ночь нам приходится засыпать с тревогой, прислушиваться к каждому шороху и звуку, - говорит мужчина. – Иногда ночью выходим на улицу, чтобы осмотреться и убедиться в безопасности. Если честно, не уверены, что этот конфликт больше не повторится». 

Сомониён, и вправду, живет сегодня в новой реальности. Патрулирующие село пограничники и стоящие у обочины солдаты стали нормой для взрослых и детей. 

Таджикский солдат и маленький житель села Сомониён

Во дворе единственной и разрушенной школы на селе особенно многолюдно. Здесь ведутся работы не только по восстановлению разрушенного здания - рядом строится новое, двухэтажное здание школы. Строительство было начато в августе, а завершить его должны ровно через год.

Дети села Сомониён после вооруженного конфликта лишились единственной школы на селе

«Дети вынуждены учиться в соседнем селе, а это ни один километр пешего пути. Дорога до этой школы не то что небезопасна для детей, она опасна даже для взрослых, - говорит один из жителей села. – Своих детей я не отпускаю. Пусть лучше не учатся, чем подвергать их опасности. Кто знает, что можно ожидать от наших неспокойных соседей». 

Рядом строится новое здание школы

 

Поддержка джамоата

Приграничное живописное село Овчикалача также подверглось сильным разрушениям. И если прошлые территориальные споры здесь ограничивались лишь перестрелками, то от нынешнего столкновения люди до сих пор не могут прийти в себя.

По словам Абдухамида Одинаева, председателя джамоата, в результате конфликта в селе полностью разрушены 12 домов, нанесенный ущерб оценивается более чем в 6,5 млн сомони. Есть человеческие жертвы – погибли 14 человек.

Сам председатель – житель Овчикалача, поэтому всем сердцем переживает за родное село и старается по возможности решать проблемы жителей.

Власти обещают, что к концу ноября все дома будут полностью построены.

«К сожалению, бюджета джамоата недостаточно, чтобы возместить людям весь нанесенный ущерб, но мы помогаем, как можем. Каждый день обеспечиваем горячей едой строителей и жителей села, голодными никто не остается, - говорит Одинаев. – Также организовали склад, куда люди приносят для пострадавших одежду, хозтовары, посуду. Почти каждый день их навещаем, поддерживаем морально, ведь им сейчас очень непросто». 

Ожидается, что к концу ноября их дома уже будут полностью построены.

Поддержку джамоата чувствуют и сами жители. Сейчас Сурайё Ходжибоева живет с детьми в маленькой пристройке во дворе, которая чудом не пострадала от обстрела. На месте ее разрушенного дома воздвигается новый. 

Сурайё и ее сыновья чем могут помогают в строительстве дома

«Почти каждый день представители джамоата навещают нас, контролируют процесс строительства, интересуется, хватает ли продуктов, и в чем наша нужда. По возможности, помогают. Ведь у нас сгорело абсолютно все», - говорит Сурайё со слезами на глазах.

Она вспоминает тот день, когда ее семье пришлось несколько часов прятаться в подвале. От перенесенного стресса ее часто беспокоят головные боли, но сейчас женщине совсем не до больницы.  

«Мой муж на заработках в России и поэтому мне самой приходится контролировать строительные работы, помогать мастерам и времени сходить к врачу у меня нет, - говорит Сурайё. – Дай Бог, заедем в новый дом и тогда можно спокойно заняться собой».

 

При строительстве будут использовать противопожарные материалы

В строящемся доме Абдурасула Зохидова устанавливали пластиковые окна. До конца строительства еще предостаточно работы, и мужчина переживает, ведь его семья, включая маленьких внуков, ютится сейчас в маленьком полусыром складском помещении – больше жить просто негде. 

Людям приходится жить пока в таких условиях

Разговор о приграничном конфликте заставляет дрожать уголки его губ. Он показывает темный подвал, где пряталась от обстрелов его семья. Там они просидели более восьми часов. 

Жителей каждый день навещают представители джамоата

К слову, при проектировании новых домов для жителей приграничных районов учли многие важные моменты. Так, при строительстве и отделке используются противопожарные материалы, а деревянные брусья крыши заменили на монолитный бетон. Кроме этого, для безопасности в домах предусмотрены подвальные помещения.

Во дворе у Маргубы Юльчиевой до сих пор стоят обугленные тазы. В них женщина развозила по крупным магазинам области овощи и фрукты, таким образом, зарабатывая себе на жизнь.


«Мало того, что наш дом разрушили, нас еще и ограбили. Забрали все деньги, золото, все, что было нажито честным многолетним трудом, - сокрушается Маргуба. – Теперь надо начинать жизнь с чистого листа». 

Но женщина не отчаивается. Ее жизнерадостный нрав помогает ей переживать сложные периоды. Она показывает новый строящийся двухэтажный дом и мечтает быстрее в него заехать.

Дом Маргубы Юльчиевой

«Главное, чтобы не было этой бессмысленной войны, а остальное все будет. Вот дождемся весны и снова разбогатеем», - смеется женщина. 

Опасения жителей Овчикалача, что конфликт может повториться, не напрасны. Село с двух сторон окружено холмами, и овчикалачинцы своими глазами наблюдают, как на возвышенностях соседи строят бетонные сооружения.

На возвышенностях кыргызы строят странные бетонные сооружения

«Два месяца назад ничего этого не было. Это не дома обычных граждан. Там базируются военные, мы все это видим, и они явно к чему-то готовятся, - уверены жители. - Мы строим дома для мирных жителей, а они - для военных». 

Читайте нас в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК.