Минюст Узбекистана анонсировал возврат в страну $131 миллиона Гульнары Каримовой, замороженных на счетах швейцарских банков. Свою бизнес-империю «узбекская принцесса» начала строить во времена президентства своего отца Ислама Каримова, а ее крах ознаменовали уголовные дела по статьям о вымогательстве и хищениях.  

Преследование Гульнары началось в 2013 году, чему поспособствовали ссоры с отцом. Последовали аресты ее ближайшего окружения, а вскоре и заключение самой Гульнары. 

За время, что Каримова находится в колонии, СМИ неоднократно писали о том, что ее пытают, накачивают наркотиками, а однажды даже объявили мертвой. 
 
«Медиазона» разбиралась, сколько денег Каримовой заморожено в иностранных банках, каковы шансы Узбекистана вернуть их в казну и может ли Гульнара надеяться однажды оказаться на свободе.

 

Скупая и влиятельная

С начала нулевых старшая дочь первого президента Узбекистана Ислама Каримова Гульнара создавала свою бизнес-империю и наращивала влияние в стране. «Узбекская принцесса», как называли ее в независимых СМИ, была очень активной во многих сферах: устраивала модные показы, развивала бренд ювелирных украшений GULI, пела под псевдонимом Googoosha, владела десятками предприятий и объектов недвижимости.

В Узбекистане у Каримовой была безграничная власть. Любая компания, заинтересовавшая ее или ее окружение, была обречена. По указанию Каримовой начинались множественные проверки фирмы со стороны налоговой службы, пожарной инспекции, таможенных органов, СЭС. Результатом обычно становилась потеря владельцами своего бизнеса по решению суда «из-за многочисленных нарушений», либо продажей активов компаниям Каримовой по установленной ими стоимости.

Дошло до того, что иностранные компании платили Гульнаре за право выйти на узбекский рынок и дальнейшее покровительство. В такой коррупционной схеме оказались российские МТС и Vimpelcom (бренд «Билайн»), а также финско-шведская Telia Sonera (бренд UCell). Отмечалось, что операторы в течение нескольких лет перевели на счета гибралтарского офшора Takilant, зарегистрированного на личную помощницу Каримовой Гаянэ Авакян, около $1 млрд.

Позже Telia Sonera признала, что выплатила «влиятельному человеку» в Узбекистане более $320 млн. Однако суд объявил факт дачи взятки «корпоративной ответственностью» - топ-менеджеры, принимавшие решения, вышли сухими из воды, а компания согласилась на крупный штраф.

Гульнара Каримова при этом никогда не занимала высоких должностей в правительстве Узбекистана, если не считать карьеру по дипломатической линии. Она работала в МИД, в посольстве республики в России, представляла страну в ООН, а в 2010-12 годах была послом в Испании.

Вероятно, Каримова занимала эти должности для получения неприкосновенности, которая закончилась с увольнением из мадридской дипмиссии. Именно тогда, в 2012 году, она и стала фигуранткой расследования о финансовых махинациях - не только на родине, но и за рубежом. Интерес к предпринимательнице проявили прокуратуры Швейцарии, Нидерландов и США - стран, в чьих банках узбекистанка хранила свои сбережения.

Гульнара Каримова
Фото с ВВС

Львиная доля активов оказалась в Швейцарии. До окончания расследования местная прокуратура заморозила более $800 млн Каримовой. Как отметил в своей книге «Советистан» исследователь Эрик Фатланд, эта сумма стала рекордной для швейцарских банков.В 2020 году Министерство юстиции Узбекистана сообщило, что совместно с Генпрокуратурой занимается возвратом «преступно нажитых активов Гульнары Каримовой» на сумму $1,3 млрд. Как уточняли в ведомстве, ведется активная работа с правоохранительными органами Швейцарии, Франции, Латвии, России и других стран.

Гульнара Каримова была владелицей собственной бизнес-империи и самой богатой женщиной Узбекистана. В 2017 году Генеральная прокуратура республики установила, что дочь экс-президента владеет множеством объектов недвижимости, имеет счета в иностранных банках. В перечне ведомства значились 12 стран:


По подсчетам Генпрокуратуры, зарубежные активы Каримовой составили около 1,4 млрд долларов, 63,5 млн евро, 21 млн фунтов и 18,5 млн швейцарских франков.

На превращение Гульнары из «принцессы» в фигурантку уголовных дел повлияли ее ссоры с отцом. Свою роль в конфликте Каримовых сыграл и тогдашний председатель СНБ республики Рустам Иноятов. Глава спецслужбы умел в «нужный момент» подбросить президенту компромат на Гульнару: фотосессию ню для иностранных журналов, смету расходов на ее показы мод и фестивали, информацию о вмешательстве в крупный бизнес и взятках за покровительство.

Гнев главы семьи вылился в то, что Иноятов получил свободу действий. Преследование Гульнары Каримовой началось в 2013 году - ее обвинили в вымогательстве, хищениях и уклонении от уплаты налогов, потом нашли зарубежные активы. Арестовали ее ближайшее окружение, ей самой в 2015 году дали пять лет ограничения свободы.

Спустя два года в рамках второго уголовного дела Каримову приговорили к десяти годам лишения свободы. Впрочем, позже срок в колонии заменили на домашний арест, но уже через несколько месяцев за «злостное нарушение условий отбывания наказания» осужденную вернули за решетку.

В 2020-м всплыло еще одно дело — на этот раз об участии в организованной преступной группировке, легализации доходов, полученных преступным путем, хищении и вымогательстве. Суд назначил Каримовой 13 лет и четыре месяца заключения.

Многие аналитики отмечают, что крах бизнес-империи Каримовой начался с дела зарегистрированной в Швейцарии компании «Зеромакс». Документальных подтверждений связи этого актива и дочери экс-президента нет, но, когда предприятие развернуло бурную деятельность в Узбекистане, никто не сомневался, что без участия Гульнары не обошлось.

Основанный в 2001 году в США «Зеромакс» в 2005-м сменил юридическую прописку на швейцарский Цуг. С этого момента на ближайшие пять лет корпорация превратилась в крупнейшего инвестора в Узбекистане. Она контролировала десятки предприятий в различных отраслях экономики, включая нефтегазовую и золотодобывающую. Именно вмешательство дочери в «серьезный бизнес», связанный с природными ресурсами, особо раздражало ее отца-президента.

О могуществе компании говорит и то, что «Зеромакс» позволил себе финансировать футбольный клуб «Бунедкор», за который выступали не только лучшие узбекистанские игроки, но и именитые иностранцы. В частности, несколько сезонов команду тренировал чемпион мира-2002 бразилец Луис Фелипе Сколари, а на поле цвета клуба защищал обладатель «Золотого мяча», его соотечественник Ривалдо.

О связах «Зеромакса» с Каримовой писали швейцарские журналисты, выяснившие, что именно эта компания оплачивала счета Гульнары и даже приобретала для нее драгоценности. Общая сумма трат с 2006 по 2009-й превысила 128 млн долларов.

Фото AFP

Кроме того, в 2018 году в фейсбуке супруги официального владельца предприятия Миродила Джалалова появился пост, в котором неоднократно говорилось о взаимоотношениях бизнесмена с «узбекской принцессой». В частности, был упомянут эпизод с вызовом предпринимателя на ковер в Швейцарию для отчета об уплате налогов и финансировании строительства дворца форумов в Ташкенте. Фатима Джалалова писала, что между ее мужем и Гульнарой часто возникали конфликты: Каримова постоянно «наезжала» на бизнесмена, а тот отвечал, что не является ее «мальчиком на побегушках».

В 2010-м году «Зеромакс» вдруг объявил себя банкротом, долги компании не закрыты до сих пор. Что касается самого Джалалова, то в сентябре того же года его вызвали в СНБ на «полчаса». Родственники бизнесмена увидели его лишь спустя два года после этого допроса. Стало известно, что в отношении бизнесмена завели ряд уголовных дел об экономических преступлениях.

В 2017 году его приговорили к 18 годам лишения свободы. Адвокаты Джалалова продолжили борьбу и в январе 2019 года суд изменил решение: бывшему главе «Зеромакса» назначили небольшой штраф и выпустили на свободу.


 

Лед тронулся

Узбекистан наконец-то начал потихоньку возвращать активы Гульнары Каримовой, замороженные в иностранных банках. В 2020-м Франция передала центральноазиатской республике 10 млн долларов. Такую же сумму Париж отправил Ташкенту в феврале этого года.

В августе Швейцария подтвердила окончательную реституцию 131 млн долларов. Алишер Таксанов связывает это с тем с тем, что на фоне российской агрессии в Украине и санкций в отношении Москвы, включая олигархов и чиновников, официальный Берн не хочет ассоциироваться с «раем», где можно укрывать преступно нажитые активы. Таксанов добавляет, что ранее подобные возвраты осуществлялись африканским странам, откуда диктаторы и члены их семей вывозили капиталы.

Но 131 млн — не так много в сравнении с совокупными активами Каримовой, застрявшими за границей. Таксанов считает, что возврат средств «узбекской принцессы» — это долгий процесс многосторонних договоренностей.

«История Гульнары началась еще в начале 2010-х и до настоящего времени не закончилась. У следствия много вопросов к старшей дочери усопшего узбекского диктатора, но, к сожалению, она недосягаема для правоохранительных органов Швейцарии. Ее наказание еще при живом Исламе Каримове - это попытка вывести ее из-под удара судебного преследования, поскольку за одно и то же преступление дважды не наказывают.

Конечно, прокуроры Женевы хотели бы поставить точку в следствии, но узбекская сторона не стремится к этому, видимо, опасаясь утечки информации в отношении других фигурантов, которые ныне занимают немаленькие должности в правительстве», — говорит он.

По его словам, в борьбе за активы дочери экс-президента у властей Узбекистана есть конкуренты, например, на часть этих средств претендуют кредиторы «Зеромакса», США, физлица, пострадавшие от каримовского режима и требующие компенсации.

Директор неправительственной организации «Узбекский Форум за права человека» Умида Ниязова перечислила ряд факторов, от которых зависит возврат сотен миллионов долларов Каримовой на родину. «Во-первых, процесс требует большой работы от США, Ирландии и Бельгии, где хранятся значительные средства Гульнары, по изъятию похищенных активов и их дальнейшей реституции. Во-вторых, имеет значение, насколько эффективно швейцарское правительство сможет арестовать счета в стране и провести суды по конфискации активов», — размышляет она в беседе с «Медиазоной».

Швейцария возвращает Узбекистану средства Гульнары Каримовой через многопартнерский трастовый фонд ООН Uzbekistan Vision 2030, который должен следить, чтобы деньги были использованы на благо населения республики.

У этой схемы есть прецедент в Центральной Азии. Речь идет об общественном фонде «БОТА», созданном правительствами Казахстана, США и Швейцарии при поддержке Всемирного банка. Цель организации — проследить, чтобы вывезенные за рубеж активы казахстанских чиновников вернулись на родину и были использованы на благотворительность.

«БОТА» контролировал средства по делу «Казахгейт». Этот скандал разгорелся в 2003 году, когда власти США обвинили бизнесмена Джеймса Гриффена в даче взяток высокопоставленным чиновникам в Казахстане, включая президента страны Нурсултана Назарбаева, за право управлять контрактами по добыче нефти на Тенгизском месторождении.

В 2007-м США и Казахстан пришли к компромиссу по этому делу, центральноазиатская республика признала наличие счетов в швейцарских банках и согласилась в обмен на прекращение расследования отдать активы на благотворительность. По мнению многих экспертов, этот шаг говорит о признании вины в получении взяток.

В 2008-м стороны создали фонд «БОТА», через который в течение следующих семи лет в Казахстан вернулось 115 млн долларов. Деньги ушли на поддержку малоимущих семей и молодежи.


Отдельно стоит упомянуть, что в июле этого года юристы Гульнары Каримовой выиграли суд по возвращению ей более 300 млн долларов. Как рассказал «Медиазоне» ее швейцарский адвокат Грегуар Манжа (Gregoire Mangeat), это десятая победа его команды в суде в рамках данного дела.

«На этот раз мы добились отмены конфискации части средств нашего клиента. Дело вновь будет рассмотрено Федеральным уголовным судом Швейцарии. Но в любом случае Гульнара Каримова больше не может считаться узбекским госслужащим. В этом вопросе судьи полностью следовали нашему правовому толкованию», - объяснил защитник.

Правозащитница Ниязова называет решение швейцарского суда тревожным, так как есть доказательства, что Каримова контролировала многие государственные вопросы, касающиеся телекоммуникаций и других секторов, и использовала свое влияние для получения взяток от иностранных компаний.

«Пока неясно, собирается ли прокуратура обращаться в верховный суд, чтобы опротестовать данное решение. Надеюсь, что швейцарские власти ищут пути для исправления ситуации, ведь в противном случае создастся ужасный прецедент. Получится, что Швейцария открыта для отмывания денег теневых элит. В авторитарных странах не обязательно официально занимать государственную должность, чтобы иметь влияние на правительственные решения, достаточно быть близким родственником влиятельного чиновника», — резюмирует Ниязова.

По мнению экс-чиновника МИД Таксанова, родственникам Гульнары рано радоваться, потому что процесс еще не завершен.

«Суд просто не признал статус Гульнары, позволявшей ей оказывать влияние на принятие правительственных решений. Это связано с тем, что швейцарцы не могут уловить связи, когда не имеющая достаточных властных полномочий персона все же управляет финансово-материальными потоками государства, влияет на бюджет, и принуждает власти совершить незаконные акты, - размышляет он. - Однако не следует забывать, что она все это совершала под "крышей" своего отца, который, я уверен, прекрасно был осведомлен о коррупционных сделках дочери. Это специфика восточного общества, где не все формальное - законно, а закон не имеет реальной силы».

Таксанов удивляется, что швейцарские власти согласились на раздел средств Каримовой, не получив к ней доступа. По его словам, еще неизвестно, может ли «узбекская принцесса» доказать «чистоту» своих активов.

«Кроме того, возврат денег фирме Takilant опротестовали США, которые тоже ведут расследование, а их влияние сильнее, чем адвоката Гульнары. Вполне возможно, что эти деньги могут быть конфискованы Штатами, если будет их судебное решение. Так что все может измениться. В любом случае, скорее всего, эти деньги не попадут ни самой Гульнаре, ни ее детям, ни матери», - заключает Таксанов.

 

Принцесса на нарах

С момента первого задержания Каримовой неоднократно появлялись слухи о ее состоянии. Писали, что ее пытают в застенках СНБ, накачивают наркотиками. Неподтвержденные источники даже говорили о смерти «узбекской принцессы» и указывали место ее захоронения.

На самом деле дочь бывшего президента Узбекистана с марта 2019 года содержится в женской колонии №21 в Зангиатинском районе Ташкентской области. По словам Грегуара Манжа, его ташкентские помощники регулярно встречаются с подзащитной, им разрешают беседовать с клиенткой по несколько часов. «Она очень устала. Кроме того, у нее нестабильная стенокардия, что требует срочного обследования в кардиологическом отделении больницы», — говорит швейцарец о состоянии Гульнары.

Он также добавил, что 16 августа на пресс-конференции, приуроченной к подписанию соглашения о реституции 131 млн долларов на родину, министр юстиции Узбекистана Русланбек Давлетов напомнил, что «законным представителям Гульнары Каримовой разрешено задавать любые вопросы». Однако, как подчеркивает Манжа, на самом деле это совсем не так.

«В преддверии очередных слушаний в Ташкенте узбекские власти запретили моей команде спрашивать об условиях содержания подзащитной и о прошлых судебных разбирательствах, проходивших в Узбекистане», — уточняет адвокат.

Умида Ниязова считает, что можно лишь предполагать, как будет развиваться ситуация с освобождением Каримовой.

«Какое-то время назад Каримова из тюрьмы подавала сигналы нынешнему правительству, что готова отказаться от части своих накопленных богатств в обмен на свободу. Эта схема, по-видимому, не сработала. Адвокаты Каримовой подали петицию в рабочую группу ООН по произвольным задержаниям и требуют ее освобождения через правозащитные рычаги. Но, на мой взгляд, решение будет приниматься исходя не из правовых норм, а политической целесообразности», — полагает правозащитница.

Алишер Таксанов уверен, что пока у власти находятся те же люди, которые работали при Исламе Каримове и «сталкивались» с Гульнарой, то свободы ей не видать.

«У длинного языка короткая жизнь, и поэтому Каримову держат в колонии, не позволяя швейцарской прокуратуре с ней встречаться. Она нанесла урон структурам, которые вывозили капиталы за границу, в итоге пришлось менять схемы, маршруты, годами выстраиваемые с привлечением спецслужб, тратить больше средств на конспирацию. Такое не прощают. Но и уничтожить Гульнару не могут — на ней сконцентрировано международное внимание. Просто все ждут ее естественного ухода», — заключает экс-работник министерства иностранных дел.

8 июля Гульнаре Каримовой исполнилось 50 лет, но в узбекском сегменте интернета на этот юбилей никто не обратил внимания.

Читайте нас в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК.