Сегодня, 2 сентября, известной таджикской танцовщице, Народной артистке СССР исполняется 69 лет. Вот уже 26 лет она живет в Нью-Йорке (США), где открыла свою «Международную Школу танцев Малики» («Malika’s International Dance School»). Но при этом она никогда не забывает о своей родине, про которую говорит: «Душанбе и Таджикистан – это моя душа, моя Родина, мой первый вздох, мой первый шаг».

«Маргаритка»

Мазол Яшуваевна Калонтарова родилась в семье обычного парикмахера. Никто из родных не имел к искусству никакого отношения. В их многодетной семье к юной Мазол все обращались ласково: «Маргоша, Маргаритка». Первыми аплодисментами девочку одарили соседи, перед которыми она устраивала свои концерты. Профессиональные танцевальные азы она начала изучать в Доме культуры и в детской студии театра им. Маяковского.

Как рассказывает Заслуженная артистка республики, руководитель театра-студии «Падида» Шарофат Рашидова, с Маликой они были дружны с детства, когда вместе ходили в танцевальную студию Русского драмтеатра им. Маяковского.

- Малике было 10 лет, а мне - 12, - вспоминает артистка. - Мы вместе ходили учиться танцевать к одному педагогу. Чаще я пела, она танцевала.

Малика Калонтарова
Фото из открытых источников

Летом 1965 года начался набор танцовщиц в новый государственный танцевальный ансамбль «Лола», руководителем которого был назначен известный таджикский хореограф Гаффор Валаматзаде.

Узнав о наборе, Малика, только приехавшая из пионерлагеря, побежала в Зеленый театр. Никто даже не обратил внимания на маленького роста девочку, одетую в потрепанную домашнюю одежду, так как там было много красивых и рослых девушек. Все они станцевали перед Валаматзаде, и просмотр на этом закончился.

«А я?» - спросила девочка с негодованием. Он посмотрел на ее недоверчиво, спросил, сколько ей лет. «Сейчас мне 14, а в сентябре будет 15», - сказала Малика. Валаматзаде сказал, чтобы она пришла, когда подрастет.

- Я ответила, что не могу ждать, - рассказывает артистка. - Подбежала к музыкантам, попросила сыграть «Ферганскую», а сама быстро начинаю танцевать. В это время он с кем-то разговаривал, потом остановился и долго смотрел, не проронив ни слова. Когда танец закончился, я тут же взялась за другой. «Как же тебя зовут?» - спросил он, наконец.

«Все меня зовут Маргариткой» - ответила я. Так началась моя творческая жизнь в настоящем танцевальном коллективе.  

 

«Маликаи сахна»

Через полгода в Театре оперы и балета им. Айни ансамбль «Лола» провел свой первый концерт, где в основном исполнялись массовые танцы. «Маргаритке» поручили выступать с сольным номером – классическим танцем «Чигарпора» (смысловой перевод – «Разбитое сердце»).

- Я любила быстрые движения, все летающее и стремительное, – рассказывает наша героиня. - А моему учителю хотелось, чтобы в этом танце я показала необходимую строгость: движение глаз, плеч, рук, даже удары ногой - все должно быть выразительно. С чувством. Он научил меня вникать в суть танца, быть хозяйкой сцены. До сих пор помню платье из крепдешина, зеленый камзол, длинный шарф, корону.

Кто бы мог подумать, что в 15 лет я станцую такое! После концерта за кулисы пришел министр культуры республики Мехрубон Назаров. «Где та девушка, которая танцевала классический танец?» - спросил он. Показали на меня. «Вот эта маленькая?» - с недоверием посмотрел он. - Ведь на сцене была грациозная, высокая девушка». Я показала туфли на высоком каблуке. Он спросил, как меня зовут. Я ответила. «Нет, с этого дня твое имя - Малика, потому что ты - царица сцены», - сказал он. После все меня стали называть Маликой. Если честно, мне всегда нравилась великая балерина Малика Сабирова, поэтому я была рада быть ее тезкой.  

 

Творческий полет

Из-за постоянных репетиций, Малика перевелась из столичной школы №3 в вечернюю школу. А когда начались гастроли, ей пришлось учиться самостоятельно. Вместе с ансамблем она объездила весь Советский Союз. Позже ее искусству аплодировали на сценах Японии, Афганистана, Испании, Турции, Индии. Первые зарубежные гастроли Малики начались в 1969 году с Бельгии, куда она попала в составе артистов под руководством Ахмада Бабакулова. Из танцовщиц взяли Зебо Аминзаде и ее.

На концертах у Малики был всего один танцевальный номер. Увидев, как тепло принимает ее бельгийская публика, представители Минкультуры дали указание прибавить количество ее выступлений.

По словам Сайдали Гадоева, главного балетмейстера детского ансамбля «Лола», с Маликой Калонтаровой они познакомились в 1971 году на подготовке праздничного концерта, когда тот еще был студентом хореографического училища.

- До этого я видел ее по телевизору, - рассказывает он. - А здесь она была рядом, работала с нами, танцевала. В жизни она была такой скромной. Часто на гастролях, куда мы выезжали, она не выходила из гостиницы - пришивала детали к своим танцевальным нарядам. Конечно, ей завидовали, но она никогда не придавала этому значения.  

 

Издержки профессии

А сколько ушибов, растяжек и переломов она получила в процессе своей профессиональной карьеры! Как-то в 1973 году в Варзобе, в процессе съемок танцевального номера она нечаянно подвернула себе ногу. Съемки нельзя было отменить, ее отвезли в ближайший медпункт и сделали инъекцию новокаина, чтобы заглушить боль.

- На дойре играл мой супруг – Ильёс Гулькаров, на мне - тоненький камзол, махаю косичками туда-сюда, улыбаюсь, а у самой кровь просачивается через шальвары и глухая боль, - рассказывает Малика. - Зато танец получился отличный. Когда прокручивали по телевидению этот номер, я всегда вспоминала этот момент.

Действительно, именно она, Малика Калонтарова, могла, как грациозная лань в прыжке, взлететь над сценой и так же стремительно приземлиться на колени. Зрители старшего поколения помнят этот чарующий танец - «Шодиёна».

 

Постановщик

Именно этот танец попросил поставить Малику Калантарову в 1979 году известный советский хореограф, директор Государственного ансамбля песни и пляски СССР Игорь Моисеев, который называл ее «восточным чудом» и считал, что Малика «сделала революцию в восточном народном танце».

Вначале Малика не согласилась, ведь у нее самой был учитель – Гаффор Валаматзаде. Но Моисеев сказал, что он хочет видеть постановщиком танца именно ее. Он позвонил в ЦК Компартии Таджикистана и попросил направить Малику Калонтарову для постановки его восточных номеров. Ее немедленно отправили в Москву.

- Это был смешанный танец, - вспоминает сегодня Малика. - Там танцевали и парни, и девушки. Танец был очень динамичный, нужно было прыгать через сцену, сохранив при этом пластику, и я научила ребят это делать. Для второго танца – «Горянки Таджикистана» – я специально заказала кулябские чаканы и украшения. С этим танцем Моисеев объездил много стран мира, о нем много писали, у меня даже сохранились газеты тех лет, где написано, что постановщиком танца являюсь я. 

Фото из открытых источников

Вначале Малика не согласилась, ведь у нее самой был учитель – Гаффор Валаматзаде. Но Моисеев сказал, что он хочет видеть постановщиком танца именно ее. Он позвонил в ЦК Компартии Таджикистана и попросил направить Малику Калонтарову для постановки его восточных номеров. Ее немедленно отправили в Москву.

- Это был смешанный танец, - вспоминает сегодня Малика. - Там танцевали и парни, и девушки. Танец был очень динамичный, нужно было прыгать через сцену, сохранив при этом пластику, и я научила ребят это делать. Для второго танца – «Горянки Таджикистана» – я специально заказала кулябские чаканы и украшения. С этим танцем Моисеев объездил много стран мира, о нем много писали, у меня даже сохранились газеты тех лет, где написано, что постановщиком танца являюсь я.  

В своей Международной школе танцев, находящуюся в районе Нью-Йорка Куинсе Народная артистка обучает своих учеников народным таджикским, бухарским, узбекским, индийским танцам.

«Открыть школу танцев было мечтой моей жизни, и я, наконец, её воплотила», - говорит она.

 

Скучаю по родине

За все годы эмиграции Малика Калонтарова  трижды приезжала в Таджикистан, последний раз - в 2016 году.

- Мы жили с мужем в гостинице, - рассказывает артистка. - Однажды мне понадобились лекарства, и я пошла в аптеку. Каково было мое удивление, когда на улице группа мальчиков 10-12 лет, увидев меня, закричала: «Смотрите, это Малика Калантарова!» Я спросила, откуда они меня знают, ведь прошло много лет и молодое поколение республики, родившееся уже после моего отъезда, вряд ли могло меня знать. Мальчики объяснили, что видели меня по телевизору, где прокручивали мои танцы. И еще рассказали, что когда их маленькие сестренки устраивают свои концерты перед матерями, то те, в свою очередь, восхищаясь их танцем, часто восклицают: «Ну, ты прям Малика Калонтарова!» Тогда я поняла, что мой любимый таджикский народ меня не забыл. Я была так счастлива!

Фото Asia-Plus

Малика Калонтарова в последний раз была  в Таджикистане в 2016 году: народная артистка СССР приехала в родной Душанбе по приглашению Эмомали Рахмона. Тогда же она побывала в гостях у радиостанции «Азия-Плюс».

Как рассказала артистка, она была очень рада видеть снова свой любимый город и своих земляков спустя много лет и порадовать их своей праздничной концертной программой, с которой она выступила на концерте в честь Дня независимости.

Но возвращаться на родину одной, бросив свою семью, которая осталась в Америке, Малика, по её словам, не хотела бы. Там её ждут двое детей и четыре внука.

Осенью нас модно читать в Telegram, Facebook, Instagram, Viber, Яндекс.Дзен и OK.